Департамент поддержки и развития малого предпринимательства города Москвы
Общественно-экспертный совет по малому и среднему предпринимательству при Мэре и Правительстве Москвы
Московский центр развития предпринимательства
Малый бизнес Москвы


ГЛАВНАЯ
О ПРОЕКТЕ
КАРТА САЙТА
НОВОСТИ
РАССЫЛКА


ОФИЦИАЛЬНЫЙ ПОРТАЛ СИСТЕМЫ ПОДДЕРЖКИ МАЛОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА



Расширенный поиск

Бесплатные сервисы онлайн
КУРСЫ ВАЛЮТ ЦБ РФ
на 14.05.2019
USD65,4703+0,2416
EUR73,5231+0,4343
E/U1,1230+0,0025
БВК69,0941+0,3283
Все валюты
Москва - территория малого бизнеса


  ПОДДЕРЖКА ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВА
ИСТОРИЯ МАЛОГО БИЗНЕСА МОСКВЫ


ПРОГРАММЫ ПОДДЕРЖКИ







СИСТЕМА ПОДДЕРЖКИ МАЛОГО БИЗНЕСА








РЕЕСТР СУБЪЕКТОВ МАЛОГО И СРЕДНЕГО БИЗНЕСА































ФОРУМ "МАЛЫЙ БИЗНЕС МОСКВЫ"


МАЛОЕ ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСТВО В ДОЛГОВРЕМЕННОЙ ПЕРСПЕКТИВЕ СОЦИАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ ГОРОДА
 

В рассматриваемой перспективе малый бизнес продолжит играть существенную роль и в решении социальных проблем Москвы как мегаполиса столичного типа, однако характер этих проблем и механизмы их решения претерпят существенные изменения

В рассматриваемой перспективе малый бизнес продолжит играть существенную роль и в решении социальных проблем Москвы как мегаполиса столичного типа, однако характер этих проблем и механизмы их решения претерпят существенные изменения. Перспектива развития и государственной поддержки малого предпринимательства в Москве должна исходить из того, что этап стихийного развития малого бизнеса в столичном регионе, когда бурные темпы роста предпринимательских структур сами по себе позволяли “попутно” решать ряд социальных задач мегаполиса, по-видимому, завершен. В дальнейшем автоматизм, с которым сектор малого бизнеса помогал рассасыванию безработицы, созданию новых рабочих мест и расшивке “узких мест” в структуре народнохозяйственного комплекса, прекратится.

Это отнюдь не означает, что наступает этап, когда развитием малого бизнеса в желаемых направлениях социальной политики нужно начать жестко “управлять”. Напротив, весь накопленный опыт показывает, что жесткое администрирование в такой же мере “торпедирует” социальных эффект малых форм хозяйствования, как и их экономическую эффективность. Речь идет о том, что в новых условиях преодоление социальных проблем столичного мегаполиса за счет развития малых форм хозяйствования возможно только при условии взвешенного баланса социальных и иных приоритетов развития малого бизнеса, а также за счет четко структурированных, тонких механизмов селективной поддержки тех групп малых предприятий, которые, действительно, “работают” на решение названных выше и ряда других социальных проблем Москвы.

Прежде всего, проявит себя процесс ухода от чисто “компенсаторных” функций малого бизнеса, которые сложились и во многом сознательно поддерживались на начальном этапе реформ под воздействием глубоких и длительных кризисных процессов в экономике и социальной сфере города. Даже в худшие моменты кризисного этапа развития российской экономики в 1990-е годы (официальная) безработица в Москве оставалась на значениях, существенно ниже общероссийских и укладывалась в пределы того, что в современной западной экономике трактуется как феномен “естественной безработицы”. Практически уже в ближайшие 3-5 лет (при неизменности общего тренда миграционной политики) ситуация в сфере трудовых отношений в городе по большинству позиций все в большей мере будет характеризоваться не рынком покупателя, а рынком продавца.

Это означает, что малые предприятия как работодатели, особенно в отношении специалистов достаточно высокой квалификации, все в большей мере будут испытывать конкуренцию со стороны “поднимающихся” крупных предприятий, и, следовательно, будут встречать со стороны потенциальных работников меньшую готовность соглашаться на доминирующие ныне в малом бизнесе условия труда и занятости (практически ненормированый рабочий день, ограниченность социальных гарантий, преобладающая доля зарплаты “черным налом” и пр.).

Таким образом, в перспективный период необходимо будет особенно тщательно учитывать то, что развитие малых и средних частных предприятий создает предпосылки для решения многих социальных проблем, но само по себе не гарантирует их автоматического решения. Это касается как количественной, так и качественной стороны социально-трудовых отношений. Уже сегодня занятые в сфере малого бизнеса – весьма значительная часть занятых в Московском мегаполисе, особенно в столице (примерно треть работающих, свыше 1,4 млн. чел.), а при опережающих темпах развития малого предпринимательства и его выходе на те показатели, которые характерны для столичных мегаполисов среднеразвитых стран Европы. Как мы полагаем, доля занятых в секторе малого предпринимательства Москвы может возрасти к концу прогнозируемого периода примерно вдвое (См. табл.5.1).

Таблица 5.1.

Общие показатели развития малого предпринимательства

Москвы с 1996 г. по 2020 г.

Годы

Количество малых

предприятий (тыс.)

Число занятых в сфере малого предпринимательства (тыс. чел. среднесписочного состава, плюс совместители и работающие по договорам, тыс. чел.)

Число занятых на одном малом

Предприятии

(чел.)

1996

220,0

2361,9

10,7

1997

174,5

2170,2

12,4

1999

176,1

1618,1

9,2

2000

177,1

1701,3

9,6

2005

185,0

1943,5

10,5

2010 – А

197,0

2265,5

11,5

2010 – Б

200,0

2400,0

12,0

2010 - В

205,0

2460,0

12,0

2020 – А

220,0

2860,0

13,0

2020 – Б

230,0

3105,0

13,5

2020 – В

240,0

3240,0 (*)

13,5

*) Примечание: по наиболее достоверным оценкам, это соответствует примерно 60% от прогнозируемого общего числа занятых в городе; здесь и далее в таблицах, приведенных в приложении, строка А означает “пессимистический” вариант прогноза, Б – “усредненный” и В – “оптимистический” вариант прогноза.

Для понимания перспективных возможностей решения всего многообразия социальных задач города Москвы как мегаполиса столичного типа за счет развития сферы малого предпринимательства следует исходить из анализа текущей ситуации. Вклад малого предпринимательства в социальное развитие города будет определяться двумя основными факторами (создание дополнительных рабочих мест и повышение их качества) и рядом сопутствующих социальных эффектов (расширение социальной базы так называемого “среднего класса”; некоторое сокращение внутригородской миграции, но только при существенном сужении степени территориальной концентрации малых предприятий в городе; облегчение положения социально менее защищенных слоев общества и пр.). Однако надо отметить, что детализация потенциального вклада малого бизнеса в решение социальных проблем Москвы как мегаполиса столичного типа существенно затруднена расхождениями в имеющихся прогнозах одной из доминант развития этого мегаполиса, а именно динамика численности его населения.

Так, по прогнозным разработкам к Комплексной программе до 2020 года, численность наличного/ постоянного населения города на рубеже 2005-2020 гг. будет находиться на уровне 8,6-8,7 млн. человек. По более позднему прогнозу, подготовленному Госкомстатом России, численность постоянного населения города Москвы сократится к 2010 году до 7577 тыс. человек. Разница, как видим, существенная. Правда, надо иметь в виду и то, что прогнозы стабилизации и снижения численности населения города ранее делались неоднократно и чаще всего не оправдывались.

Однако можно считать достоверной общую тенденцию изменения возрастной структуры населения как его старения со снижением доли экономически населения в трудоспособном возрасте и, соответственно, доли экономически активного населения. При этом в чисто демографическом плане наиболее тяжелый период для Москвы придется на первое десятилетие нового века, затем показали естественного воспроизводства населения и его демографического состава будут несколько улучшаться.

Трудовые ресурсы Москвы составляли на конец 1999 г. 6077 тыс. человек, или 71 % от численности населения города. Численность экономически активного населения города составила 5391,4 тыс., или 63 % от численности населения. Во всех сферах хозяйства заняты 5060,4 тыс. человек, или 94 % от экономически активного населения, из них:  в государственном секторе – 2146 тыс. человек;   в негосударственном секторе – 2877 тыс. человек,  в том числе, в малом бизнесе было занято всего (среднесписочные работники, совместители, по договорам), 1 618 тыс. человек (32% всех работающих). Но эти данные не учитывают ПБОЮЛ, которых в Москве - не менее 250 тыс. человек. 

Итого в сфере малого бизнеса г. Москвы по более-менее достоверным официальным данным в 2000 г. занято примерно 1700 тыс. человек, хотя значительная часть (от 1/2 до 1/3) здесь приходится на фактор вторичной и даже третичной занятости; причем в целом сфера вторичной, третичной и прочей подобной занятости в этой цифре, конечно, не отражена или отражена лишь в малой доле.

В ходе проведенного анкетирования с целью оценки перспективного влияния малого бизнеса на социальную ситуацию в городе была предпринята попытка выяснить, насколько больше фактически занятых в сфере малого предпринимательства по сравнению с официальными данными. Оказалось, что общее превышение фактической численности занятых в малом предпринимательстве над официальной численностью близко к 1/4. Другими словами, на малых предприятиях Москвы в расчете на полный рабочий день занято около 1800 тыс. человек. Если к этой величине добавить численность ПБОЮЛ, внешних совместителей и работающих по договорам, то получится около 2 350 тыс. человек (около 46% всех работающих). Именно это, видимо, и предопределяет значительный разрыв между показателями доли малого бизнеса в ВРП региона (порядка 13%) и его долей в общей занятости (численности работающего населения) – примерно 30% в расчете на полную занятость.

С учетом членов семей с малым бизнесом оказывается связанной жизнь (доход семьи) около 55-60% всех москвичей. Аналогичные данные характерны и для многих зарубежных мегаполисов. Это позволяет говорить о том, что уже в достаточно близкой перспективе малый бизнес может и должен принести городу социальные эффекты, соответствующие сложившему мировому опыту. Основной из них – стабилизация ситуации в области трудовых отношений как за счет роста постоянной занятости в сфере малого бизнеса, так и за счет демпфирующего влияния временно или частичной занятости в этой сфере в условиях кризисных спадов и временного сокращения рабочих мест в иных сферах городского хозяйства.

Официально зарегистрированных безработных в Москве в настоящее время насчитывается 44,6 тыс. человек. Даже если считать, что оценки по методологии МОТ более верны и реальных безработных в Москве значительно больше (более 100 тыс. человек), то все равно можно с высокой степенью уверенности утверждать, что малый бизнес выполнил свою функцию по смягчению последствий ликвидации рабочих мест на государственных предприятиях и учреждениях. По сути, уже вполне исправно работает механизм поглощения малым бизнесом безработных из других сфер хозяйствования. Другое дело, что переход на работу в сферу малого бизнеса сегодня зачастую связан с потерей квалификации (типичный случай – женщина-инженер, работающая продавцом в торговом ларьке.) Для смягчения структурных перекосов и перелива кадров с большим учетом их образовательного и квалификационного уровня наряду с государственной системой обеспечения занятости необходима также целеориентированная структурная, научная и промышленная политика.

Исходя из нынешнего уровня безработицы в городе (0,8% экономически активного населения) задача создания новых рабочих мест не может считаться приоритетом развития малого бизнеса в городе и уже в ближайшей перспективе должна будет трансформироваться в задачу отраслевой и территориальной реструктуризации занятости в Москве с целью преимущественного создания рабочих мест высокой квалификации и высокого среднего дохода, приближения рабочих мест к территориям массового проживания. Эти задачи в нынешних условиях, действительно, может решить преимущественно малый бизнес.

С целью более активной ориентации малых форм хозяйствования на решение социальных проблем московского мегаполиса необходимо в еще большей мере ориентировать профессиональную подготовку в городе именно на рынок труда в малом бизнесе. В нынешних условиях жестких бюджетных ограничений приоритет в содействии трудоустройству через получение профессии/квалификации должен быть отдан таким особым социальным группам, как молодежь, женщины, завершившие послеродовой отпуск, лица, не имеющие специальности, уволенные в запас военнослужащие, беженцы и вынужденные переселенцы, бывшие заключенные и др. Кроме того, профессиональная подготовка для рынка труда должна быть ориентирована на безработных, не имеющих профессии, или с устаревшей профессией или ориентированной на специфику занятости в крупном производстве с узким разделением труда. Давняя проблема - узкая специализация профессионального обучения и его ориентация на кадровое пополнение крупных производств - сохранилась и воспроизводится пока действующей системой профессионального обучения. Необходимо развитие и тиражирование “модульного” типа профессиональной подготовки, предполагающего комплексную подготовку обучаемых с учетом конкретных потребностей такого работодателя, как малый предприниматель и также с учетом специфики работы специалистов различных профилей как занятых по найму именно в сфере малого бизнеса.

Сохраняющаяся важность проблем профессиональной подготовки и переподготовки определяется тем, что, столкнувшись уже в самое ближайшее время с усилением конкуренции на рынке работодателей, малый бизнес Москвы будет вынужден в большей мере ориентироваться на качественные показатели своих рабочих мест. Как предполагается, уже в течение ближайших 10 лет иссякнут оба источника, которые превращали малый бизнес в застойные сферы преимущественно неквалифицированного и достаточно дешевого труда - во-первых, отток квалифицированных кадров с крупных предприятий, НИИ, учреждений и пр. (основная масса этого контингента те, кто не овладел собственным бизнесом и не закрепился на приемлемой работе по найму в сфере малого бизнеса либо вернутся обратно на предприятия и НИИ, либо вообще выйдут из трудоспособного возраста), во-вторых, бесконтрольные миграционные процессы из других регионов России и стран “ближнего зарубежья”.

Уже в последние два-три года обозначилась ситуация, когда большинство малых фирм Москвы стремится справляться с возрастающим объемом работы за счет интенсификации труда своих работников. В целом этот процесс в целом носит позитивный характер и отражает растущую степень зрелости городского малого бизнеса, его уверенности в завтрашнем дне. Однако рост интенсификации труда как фактор развития малых форм хозяйствования имеет объективные пределы. Стремление к увеличению числа занятых ныне в явном виде проявляют в основном стартующие малые предприятия (хотя многие из них не выдерживают трудностей стартового периода), а также известная группа “зрелых” представителей малого бизнеса, фактически переходящих в категорию средних предприятий. Таким образом, закрепление за малым бизнесом роли генератора новых рабочих мест в Москве в перспективе будет связано с двумя локальными задачами: расширением числа и поддержанием жизнеспособности стартующих малых предприятий и содействием дальнейшего развитию малых бизнесов, уже “выходящих” за его формальные рамки, для чего и необходимо предлагаемое в работе выделение категории средних предприятий как объекта отдельных селективных мер поддержки, в т.ч. и на городском уровне.

Ясно, что в среднесрочной перспективе исчезнет “дармовый” источник пополнения кадрового потенциала для наиболее перспективного лидера в среде московского малого бизнеса - инновационных малых и средних фирм. Дальнейшее развитие и обогащение рынка труда, в том числе, для нужд малого инновационного бизнеса в решающей мере будет определяться не прошлыми достижениями, а уровнем постановки образования и профессиональной подготовки в столичном регионе. Однако нельзя эту ситуацию в полной мере трактовать как еще одну исключительную целевую задачу для функций государственной поддержки: малый бизнес не только будет предъявлять спрос на кадры высокой квалификации, но и – в более дальней перспективе – может рассматриваться как один из основных источников финансирования (точнее – софинансирования) системы подготовки и переподготовки кадров.

Это связано с тем, что с принятием 2-й части Налогового кодекса возможным станет отнесение затрат на подготовку и переподготовку работников на себестоимость, а потому значительная часть затрат на повышение квалификационного уровня работников будет взята на себя, по-видимому, малым и средним бизнесом. В этой связи появится возможность перераспределить значительную часть ресурсов поддержки малого бизнеса, сегодня направляемых на элементарную начальную предпринимательскую переподготовку, в пользу иных форм содействия расширению занятости в секторе малого и среднего бизнеса, особенно занятости с привлечением труда высокой квалификации.

Специализированные органы поддержки должны сформировать механизм привлечения средств частного сектора к финансированию программ подготовки и переподготовки кадров, в том числе – на базе действующих ПТУ, колледжей и т.п. образовательных учебных заведений, дающих профессиональные знания и навыки для сферы малого бизнеса. На этой базе возможно развитие и тиражирование “модульного” типа профессиональной подготовки для взрослых обучаемых с учетом конкретных потребностей такого интегрального работодателя \ работника \ управленца, как малый предприниматель, причем не “вообще”, а сообразно специфике определенной сферы профессиональной деятельности (что также отвечает сформулированной выше идее о приоритете адресных форм поддержки в отношении целевых групп малых предприятий). При этом в отличие от начальных этапов обученческой поддержки (преимущественно с ориентацией на стартовые МП) , все более весомую роль в программах обучения будут играть не азы предпринимательства и бухучета, а профессионально-техническая, инженерная и менеджерская подготовка, в преобладающей мере ориентированная на специфику каждого отдельного инвестиционного проекта (например, по профилю профессиональной деятельности и с учетом характера формируемой - например, по лизингу или франчайзингу - материально-производственной базы малого предприятия, что характерно и потребно для более зрелых представителей сферы малого бизнеса).

Во время проведенного социологического обследования была предпринята попытка выяснить потенциальный вклад московского малого предпринимательства в решение такой важной социальной задачи, как уменьшение внутригородской маятниковой миграции и маятниковой миграцией между Москвой и областью. Необходимо было проверить распространенную точку зрения, в соответствии с которой работники малых предприятий преимущественно живут рядом со своим рабочем местом, а потому малый бизнес якобы существенно сокращает маятниковую миграцию. Опрос показал, что в действительности только около трети работающих на малых предприятиях проживают в том же самом административном округе, где и расположено их малое предприятие, тогда как более половины всех занятых на малых предприятиях вынуждены добираться до местонахождения своих предприятий из других административных округов и Подмосковья. Суммарный удельный все иногородних и иностранных работников московских малых предприятий (включая жителей ближнего и дальнего зарубежья) оказался, однако, в целом относительно низким (около 1,5%). Разумеется, при оценке этих данных следует учитывать, что значительная часть жителей других регионов России и дальнего зарубежья работает на московских малых предприятиях фактически нелегально, так что в реальности эти данные были бы значительно выше.

В территориальном разрезе максимальное число “мигрантов одного дня” (около 80% от общего количества занятых в этом округе) было зафиксировано в ЦАО. Также к районам с относительно высоким уровнем маятниковой миграции можно отнести ЮЗАО и СЗАО, где более 60% всех занятых на малых предприятиях ежедневно приезжают на работу из других районов Москвы. Напротив, по мере удаления от центра Москвы гораздо более часто встречаются ситуации, когда люди работают преимущественно рядом со своим домом (пример – Зеленоград). Таким образом, в такой сфере социально-трудовых отношений, как территориально-миграционные потоки будут происходить противоположные по характеру процессы. С одной стороны, улучшение социально-экономического положения близлежащих территорий “вернет” часть мигрирующей ныне рабочей силы на предприятия Подмосковья. С другой стороны, городу, его малому бизнесу потребуются дополнительные рабочие руки для компенсации кадровых потерь вследствие возврата части трудовых ресурсов на крупные предприятия города и области. Скорее всего, миграционные процессы за пределы городской территории, - а ныне они оцениваются весьма существенно (ежедневная маятниковая миграция жителей Подмосковья в столицу составляет не менее 2 млн. чел., в том числе с трудовыми целями – около 700-750 тыс. чел.; кроме того, около 200 тыс. москвичей ежедневно выезжает на работу в Подмосковье), - будут ослабевать, примерно в 1,5-2 раза уже 2010 году. Это позволит существенно ослабить напряженность в сфере транспортного обслуживания москвичей.

Развитие малого бизнеса в перспективе может рассматриваться также и как форма решения целевых (адресных) социальных проблем для отдельных категорий населения города. Акцент на подобные локальные социальные эффекты очень характерен для зарубежной практики поддержки малого предпринимательства в городах столичного типа, где с этой целью реализуются специализированные программы.

Социальная адаптация через малый бизнес будет необходима в перспективе, прежде всего, для молодых людей - выходцев из неблагоприятного социального окружения, неквалифицированной молодежи, лиц, не завершивших учебу в школе, для молодежи без профессии. У них, как и у вполне благополучных выпускников школ, отсутствует практический опыт, особенно ценимый работодателями в сфере малого бизнеса. Молодые люди, стремящиеся самостоятельно заниматься малым бизнесом, должны иметь доступ к специальным стартовым программам молодежного бизнеса, обеспечивающим их подготовкой в области менеджмента и предоставляющими доступ к относительно более дешевым кредитам, помещениям и деловым услугам (бухгалтерским, консультационным, маркетинговым и т.д.). Такие меры в области поддержки молодежи на рынке труда вполне могли бы быть “встроены” в систему поддержки как через традиционные формы обучения для малого предпринимательства, так и – что более предпочтительно – целевым образом через системы профессионального образования молодежи. В перспективе специальные меры социальной адаптации через малый бизнес будут необходимы и для других, относительно более уязвимых социальных групп населения города, как пенсионеры и инвалиды, сохраняющие частичную трудоспособность, безработные женщины среднего и старшего возраста, мигранты и пр.

Следует также иметь в виду, что сколько-нибудь реальная ставка на существенный вклад малого бизнеса в решение социальных проблем города осуществима лишь в том случае, если одновременно будут приняты серьезные меры по усилению социальной защищенности самих работников этой сферы хозяйства в целом. Весь мировой опыт показывает, что работники малого бизнеса объективно в социальном отношении защищены слабее, чем работники крупных предприятий. Судебный спор в случае нарушения условий договора едва ли возможен, ибо договоры в подавляющем большинстве случаев не имеют юридической силы. Помощи и поддержки со стороны профсоюза (за его неимением) работающим ожидать также не приходится и пр. Имеющиеся у нас профессиональные объединения, претендующие на представительство интересов работников малых предприятий, существенным “весом” и влиянием не обладают и делать на них ставку в перспективе также не приходится – подобная ситуация отражает реальное положение дел в малом бизнесе большинства даже экономически развитых стран мира.

Совершенно очевидно и то, что ныне действующий КЗоТ, введенный в действие в 1972 г., по большинству регулируемых им положений и по формально установленному уровню целого ряда гарантий не соответствует реальной практике трудовых отношений в малом бизнесе. Скорее всего, проблему мог бы решить специальный раздел КЗоТ, ориентированный именно на специфику малых форм хозяйствования, однако в данном случае возможности города ограничены лишь правом законодательной инициативы в федеральных органах представительной власти.

Отсутствие специального правового режима занятости для малых предприятий приводит к тому, что, как показывают проведенные нами и иные обследования, существующие нормы трудового законодательства предпринимателями игнорируются, повсеместно не исполняются, ведут к созданию широких “серых” зон, не регулируемых правом и способствующих архаизации трудовых отношений. Имеет место широкое использование нелегальных форм занятости, распространение оформления найма гражданско-правовыми договорами вместо трудовых договоров и пр. Следствием этого выступает низкий уровень социальной защищенности наемных работников во всех основных вопросах (продолжительность рабочего времени, оплата труда, предоставление отпусков и оплата болезни, безопасность труда). Безусловно, в сфере малого предпринимательства должны сохраняться основные нормы трудового законодательства (в первую очередь, минимальный размер оплаты труда и др.), но наряду с этим следовало бы установить для субъектов малого предпринимательства и ряд специфических норм.

Разумеется, такие меры в подавляющем большинстве являются прерогативой федерального уровня власти, но некоторые меры по повышению уровня социальной защищенности занятых в малом бизнесе могут быть реализованы и на субфедеральном уровне. Так, на уровне города вполне можно разработать и ввести механизмы льготирования тех малых предприятий (например, через ставки коммунальных платежей и т.п.), на которых сложился низкий уровень оборота рабочей силы, высокий средний официальный уровень оплаты труда и т.п.

Интересы социальной защищенности работников малого бизнеса должны в долгосрочной перспективе получить отражение политике Правительства Москвы по регулированию рамочных условий на рынке труда города через механизм трехсторонних комиссий с участием объединений предпринимателей, профсоюзов и городских властей. На сегодня эта практика неэффективна, поскольку как организации работодателей, так и профсоюзы работников сегодня слабо представлены среди московских малых предприятий и практически не пользуются ни “весом”, ни влиянием. Необходимо, видимо, создание специализированного Союза работодателей в сфере малого и среднего бизнеса, в том числе, и для разработки согласованной политики в области трудовых и социальных отношений и защиты этих позиций перед органами государственной власти и профсоюзами. В длительной перспективе эти организации, по-видимому, смогут совместно с органами регулирования рынка труда выработать согласованную позицию по инициативам в области правового обеспечения (регулирования) занятости на малых предприятиях города.

При этом следует исходить из того, что все ее мероприятия должны прямо или опосредованно быть направлены на создание и укрепление механизма социальной защиты как самих работодателей – малых предпринимателей, активно создающих рабочие места, в том числе – для представителей социально уязвимых слоев и групп населения, так и для работников малых предприятий. В противном случае рост удельного веса малого предпринимательства в экономике города и всего столичного региона будет сопряжен с реальным снижением социальных гарантий для все новых и новых категорий работников. Существенные полномочия в области социальной защиты могут быть делегированы по мере того, как последние будут набирать вес и влияние, общественным объединениям малых предприятий. Основной упор следует сделать на расширение сети информационно-консультационных пунктов, где работники могли бы, в частности, в спорных и конфликтных ситуациях получить юридическую помощь по вопросам, относящимся к содержанию и исполнению трудового договора. В политике Правительства Москвы по регулированию рамочных условий на рынке труда представители малого бизнеса, включая как ассоциации работодателей, так и его профсоюзы, должны занять в механизме трехсторонних комиссий место, соответствующее доле малого бизнеса в занятости населения города (т.е. более одной трети).




Rambler's Top100
Статьи